Бытовые условия: Бытовые условия оставляют желать лучшего. С потолка и со стен отваливается краска. Когда приносят обед, то ложек, вилок и кружек не дают, говорят, что надо приносить из дома. Халаты, сорочки для пациенток все рваные, старые и грязные, пелёнок дефицит. Когда пожаловались сестре. Она сказала, что эти халаты были списаны год назад, но новые до сих пор не пришли, поэтому они не могут выкинуть эти старые.

Подготовка к родам: Психологическая подготовка к родом отсутствует. У меня умер ребенок и меня положили на один этаж и в одну палату с беременными женщинами, которые лежали на сохранении. Когда меня выписывали, меня выводили через тот выход, где встречают родственники родивших жен с младенцами с шарами, цветами и песнями. Для женщин с ситуацией, как у меня, не предусмотрено ничего: ни отдельной палаты на отдельном этаже, ни отдельного выхода, ни психологического сопровождения. Медикаментозное лечение проводилось, кололи антибиотики, давали пить нистатин, мерили температуру. Нахожусь дома 3 дня после выписки. На месте уколов возникло воспаление , красное, чешется, диаметром 5 см. На днях буду выяснять, что мне туда кололи и почему такая реакция, если она нормальная, то почему я о ней не была предупреждена.

Личные впечатления: После домашних родов врачи со скорой, муж спускали меня на носилках с пятого этажа, чтобы донести до скорой. Когда меня привезли со скорой, то в роддоме меня встретили неласково. Они грубо со мной разговаривали, стали кричать, чтобы я быстрей снимала с себя окровавленную ночную рубашку, в которой меня привезли. Я еле могла шевелиться. Стали меня спрашивать, какие наркотики я употребляю и какие наркотики употребляла сегодня. Я все отрицала, потому что никакие наркотики я не употребляю. Они настаивали. Я им сказала, чтобы они не смели со мной так разговаривать, потому что у меня 4 детей, и я в разных роддомах лежала, и в платных, и в бесплатных, и я знаю, как врачи кроют матом рожениц. И я им сказала, что я - не свинья, и чтобы они не смели со мной так разговаривать. Тогда они замолчали.
После меня повезли в отделение, где делали ручную чистку матки под общей анестезией. Где опять у меня спрашивали: употребляю ли я наркотики. Я им в который раз говорила, что нет. Когда я пришла в себя, единственное доброе слово я услышала от уборщицы, которая мыла полы. Она помыла мне руки, сказала, что они все в крови и что на все воля божья. Потом меня отвезли в отделение гинекологии, где лежат беременные девочки на сохранении с угрозой прерывания беременности и положили на кровать. Ночью я захотела в туалет. Туалет был рядом, я встала и еле до него дошла. Пописала, а потом из меня стала литься кровь, мне кажется, что вылилось литр крови или больше. Когда я стала выходить из туалета, то почувствовала, что мое тело стало тяжелым, что я не могу его держать, пыталась ухватиться за дверную ручку, чтобы не упасть. Сестринская была напротив туалета. Сестра услышала шум, открыла дверь и опустила меня вдоль стеночки, позвала врачей. Меня положили на пол и стали мерить давление. Было 70 на 40 на обеих руках. Собралось несколько человек, как будто началась паника. Стали говорить, что меня надо переложить на каталку, но что у них нет носилок , которые можно положить на пол. "Как же мы ее переложим? Как ее поднять?" Говорили открыть мне глаза, спрашивали мое имя, вижу ли я их. Я все слышала, видела нечетка, что много людей вокруг меня. Думаю, что роддому много лет, неужели я первый человек, который чуть не потерял сознание и упал? Неужели в этом роддоме не было ни одного человека до меня, который бы упал? У них нет даже носилок! Наконец, кто-то сказал: "Нас много, давайте все ее возьмем одновременно и положим". Они так и сделали и повезли меня в реанимацию.
В реанимации со мной обращались очень грубо, врач, которой звали "Юрий" и сестра "Марина". Но там было помимо них еще человека 3-4. Они поставили мне капельницу и делали какие-то уколы. Врач Юрий, он лысый, грубил больше всех. Он говорил: "Ты чё к нам приехала?" Я сказала, что я к ним не собиралась. Он сказал:"Нам главное, чтобы ты здесь не сдохла!" Я сказала:"Вежливо вы здесь с пациентами обращаетесь." На что врач Юрий сказал:"Ты вообще молчи, ты у нас VIP-клиент, мы тебя тут на руках носим!" Они переложили меня на койку, померили опять давление, и оно уже было 120 на 80. Потом Марина и Юрий стали обсуждать, почему у меня такой взгляд мутный, стали говорить опять: наверное, она наркоманка. Стали светить мне фонариком зрачки. Стали говорить: надо позвонить родственникам спросить. Юрий стал называть названия медицинских препаратов, которых я никогда не слышала и спрашивать, что я употребляю. Я в который раз стала говорить им, что я не наркоманка. А они: "А что у тебя глаза мутные? Чё ты их закрываешь?" Я сказала: "А какие у меня должны быть глаза? У меня ребенок сегодня умер." Они говорили: "Давай ей психиатра вызовем." А Юрий стал спрашивать:" Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Какое сегодня число?" Я на все вопросы отвечала правильно, и он сказал: "Не, психиатр скажет, что здорова."... Все это время мне очень хотелось пить, во рту пересохло, не было слюней совсем, что мне тяжело было даже говорить. Мне дали попить, когда я раз 10-й об этом попросила. Потом все ушли. Сестра Марина осталась. Я попросила ее поменять подо мной пеленку, она была вся в крови, мне было холодно и мокро. Она подошла и сказала: "Покажи." Я ей показала. Пеленка была наполовину в крови, под попой всё мокрое, а там , где спина, поясница, сухая. Она сказала:"Ну ты у нас кучерявая! У нас все на таких лежат и ничего!" Но потом она пошла и дала мне чистую пеленку, а эту убрала.
Утром меня отвезли обратно в отделение гинекологии. В отделении гинекологии врачи были более приветливыми, по крайне мере, не грубили, не орали и не хамили. Среди медсестер были и вежливые, одну звали Татьяна.
Никому и никогда не посоветовала бы попасть в этот роддом. Наша медицина находится плачевном состоянии, культура врачей, врачебная этика находятся на самом низком уровне. Некоторым врачам следует работать в камерах пыток, а не в медицинском учреждении, где людям должны оказывать помощь.